Кейти пожала плечами.

– Мои папа и брат брали меня на рыбалку с тех пор, как мне исполнилось четыре года.

Несколько секунд они стояли, молча уставившись друг на друга. Наконец Харв спросил:

– Но зачем ты приехала сюда, если не рыбачить, Кейти?

Розовая краска залила ее фарфоровые щечки. Боже мой, он не мог вспомнить, когда в последний раз видел женский румянец.

– Я... э... приехала поговорить с мистером Тайном о деньгах, которые он оставил в кафе, – неопределенно ответила она.

– Я не сказал тебе, что Кейти была, не очень рада тем двадцати баксам? – громко прошептал Харв.

– Да-да, ты упоминал, – пробормотал Джереми.

На самом деле Харв повторил это, по крайней мере, дюжину раз, и с каждым разом описывал ситуацию, все, более сгущая краски. Когда же старик в последний раз упомянул об этой истории, все звучало так, как будто Кейти была готова разорвать его в клочья голыми руками за то, что он оставил деньги.

Пока они шли до дома, Джереми тщетно старался не замечать того, как узкие джинсы облегали ее длинные ноги, или того, как чувственно покачивались ее изящные бедра. Когда они дошли до домика, Джереми почувствовал, что его сердце учащенно забилось.

Что с ним происходит? Он же не жаждущий секса подросток, у которого в крови бурлят гормоны, а взрослый мужчина, способный контролировать себя. Наверное, он так давно не общался с женщинами, что возбудился, всего лишь увидев соблазнительную фигуру Кейти.

– Итак, я оставлю вас одних, можете драться из-за денег сколько угодно, – пошутил Харв и подошел к своему грузовику. Забросив удочку в багажник, он добавил: – Сэйди спустит с меня три шкуры, если я не приеду домой к ужину.

– Передай ей привет от меня, – улыбнулась Кейти, – увидимся завтра в «Синей птице».

Когда грузовик Харва исчез из виду, Джереми принялся лихорадочно соображать, что бы сказать Кейти. Так ничего и, не придумав, он провел ее на веранду и предложил сесть.