Как-то раз, четыре, года назад, уложив после обеда Алессандро, тогда еще их единственною ребенка, он предложил тоже пойти поспать. Брук решила, что муж сошел с ума: он был таким активным и деятельным человеком, что и ночью обходился лишь несколькими часами сна.

Но он так настаивал, несмотря на ее озадаченный вид, что она в конце концов поняла – по хитрым глазам свекра, – зачем он зовет, и покраснела, когда муж увлек ее за собой в спальню, где они предавались жаркой страсти целых два часа.

Поначалу Брук ничего не могла понять. Неужели вновь наступил медовый месяц! Во время ее первой беременности муж был очень внимательным и заботливым и не произнес ни слова жалобы в течение полутора месяцев после родов, когда врач запретил ей заниматься сексом. И после Лео проявлял нежность и понимание, за что она испытывала к нему искреннюю благодарность. После родов у нее остались швы, которые еще некоторое время болели. Казалось, он был даже рад тому, что жена так выматывается за день с маленьким сыном, что у нее не остается сил на секс.

Однако в тот день четыре года назад Лео был очень требователен. Брук невероятно возбуждал солнечный свет, бьющий в окна, и то, что все происходит в родительском доме, так что на следующий день ее уже не нужно было упрашивать пойти в спальню после обеда.

Клаудиа появилась восемь с половиной месяцев спустя после их возвращения из Италии в Сидней.

Но эта поездка в корне отличалась от всех предыдущих. Они приехали на Комо немного раньше обычного, и не в отпуск, а на похороны. Единственный брат Лео, Лоренцо, погиб в автомобильной катастрофе, потеряв управление своей хваленой «феррари» на узком повороте у самого озера.

К счастью, его жены Франчески не оказалось в тот момент в машине. Хотя, возможно, для нее это не было счастьем. На похоронах бедная женщина впала в беспамятство от горя и не могла стоять на ногах. Ее родители давно умерли, поэтому мать и отец Лео забрали невестку к себе и окружили ее вниманием и заботой. Все старались облегчить ее состояние, несмотря на собственные переживания.