Вик умела уговаривать, зажигать окружающих своим задором. Фрэд говорил, что это свойство она переняла от матери. Правда, та была слишком уж задорной… В конечном итоге эта тяга к авантюризму заставила ее уйти от мужа, оставив тому дочек, и искать приключений далеко от деревушки Уиллхэйз.

Иногда Вик думала о своей матери. Она почти не помнила ее, но все же случались дни, когда ей до боли хотелось увидеть мать, поговорить с ней, доверить ей самые потаенные секреты. Но вместо матери рядом с восемнадцатилетней Вик и ее сестрой Аннабель всегда был отец. Немного суровый, немного хмурый, немного веселый, решительный, сильный, чуждавшийся лирики во всех ее проявлениях. И Вик любила своего отца, она поверяла старику те мысли и секреты, которые могла бы поверять матери, если бы та была рядом…

– На этот раз вы умудрились не опоздать, – поглядев на часы, заметила Анна. – Ну что ж, приступим к действу…

Мина, хорошенькая кудрявая девушка с круглыми голубыми глазами, первой прошла в комнату, где Анна совершала свои «таинства». Почувствовав запах благовоний, которые мать привозила Анне из города, Мина решительно тряхнула головой и поспешила высказать свое мнение:

– Чем тут у тебя пахнет? Ты что, разлила одеколон? – ехидно заметила она.

Вик хихикнула, увидев в глазах Анны негодующий блеск. Подруги, как обычно, устроят перепалку. А ей, между прочим, запах понравился. Но она скажет об этом позже, когда Мина закончит ехидничать, а Анна перестанет строить из себя профессиональную гадалку. Краем глаза Вик покосилась на Пита. Он любовался Миной, зная, что в пылу спора, его влюбленный взгляд не будет замечен. Вик считала, что ему давно уже стоило рассказать о своих чувствах Мине, но Пит боялся выглядеть смешным.