— Вот видишь, Лукас не солгал. Его действительно задерживали дела, — с надеждой в голосе заметила Эмбер. Тогда зачем он убеждал ее, что находится в Нью-Йорке?

— Пожалуйста, Эмбер, не позволяй бесплодным надеждам отвлекать тебя от правды, — Спиро еще крепче сжал ее руки. — Кристине Аристидес восемнадцать лет, и она является частью сделки.

— Да нет же, Спиро, ты ошибаешься. Лукас никогда бы так со мной не поступил. — Но что-то подсказывало Эмбер, что Лукас способен на такое.

— Ты плохо знаешь дядю. Он — истинный грек и, как все греки, делец в душе. Он унаследовал это от отца. Как, ты думаешь, дед сколотил состояние, если в молодости служил простым официантом на круизном лайнере? Уже через год после первого выхода в море он женился на дочери владельца лайнера. Между прочим, невеста была на десять лет старше жениха, но разве такие мелочи могли остановить честолюбивого официанта? Правда, под управлением деда бизнес стал расширяться и крепнуть. Но и моя бабка была не промах: она знала о том, что ее муж имеет любовниц, и не спешила переписывать акции на его имя. Таким образом, она держала в руках не только семейный бизнес, но и деда. Перед смертью бабка завещала половину акций мужу и половину — сыну, моему отцу. О Лукасе, как ты понимаешь, речи не шло вовсе. Не думаю, чтобы дед решился официально признать его, если бы бабка к тому времени не умерла. Мои родители не возражали только потому, что уже получили причитающуюся им долю.

— Но это вовсе не означает, что Лукас хочет жениться ради денег.

— Эмбер, пойми же наконец: деду нужен этот контракт, а Лукас — точная его копия. Бизнес для них превыше всего. Лукас женится на Кристине, даже не сомневайся. У тебя нет шансов, Эмбер. Честно говоря, у тебя их никогда не было.