– С днем рождения, Джеки! – Я протянула ей подарок, завернутый в обычную белую бумагу.

Она осторожно развернула сверток и с умилением на меня посмотрела.

– Спасибо… Я так сильно тебя люблю… – Джеки меня обняла и поцеловала.

– Я тоже тебя очень люблю. Больше всех на свете, – шепнула я ей на ухо и прижалась к сестре сильнее.

– Чего-нибудь желаете? – с улыбкой спросила меня стюардесса.

Я хотела заказать мороженое, но малыш, сидящий рядом со мной, подавился бы слюной…

Мороженое с детства было моей слабостью. Я готова была уминать его фунтами. Шоколадное, клубничное, сливочное с орехами…

По праздникам Джеки водила меня в свое кафе и кормила разными вкусностями.

– Можно мне еще мороженого? Ну последнюю порцию… – просила ее я.

Джеки улыбалась, убирала пустую посуду с нашего столика и ставила передо мной стеклянную вазочку на ножке с шоколадными шариками, посыпанными тертым орехом.

– Лара, а у тебя горло не заболит? – усмехалась она.

Я качала головой в знак отрицания и продолжала уминать холодное лакомство.

Я встала с кресла и направилась в туалет умыться. От перелетов у меня всегда болела голова. В крошечной туалетной комнате я взглянула на свое отражение. Удивительно… Чем старше я становлюсь, тем больше похожу на свою сестру. У нас обеих были голубые глаза, как у мамы, большие, хрустальные. Маленькая родинка над верхней губой…

– Родинки ставят в родильном доме специальными чернилами, которые не смываются, – пыталась говорить серьезно Джеки.

– Никогда-никогда? – удивлялась я.

– Никогда! – смеялась она.

– А зачем? – не успокаивалась я.