– Я езжу на них с двух лет. Ведь ранчо моего дедушки только на лошади и можно объехать.

Анна прищурилась.

– Ну, это, может, самое главное для этой роли. Я ведь тоже сценарий читала. Зенобия скачет то на лошадях, то на верблюдах. В общем, настоящая женщина-воин – все время на чем-то скачет. Уверена, что у тебя получится. А если что-то не будет получаться, тебе сразу поможет Нельсон. Он гений. И прекрасно умеет работать с актерами. В том числе и с непрофессионалами. Здесь будет много непрофессионалов. Однако, глядя на них, ни за что не подумаешь, что он находит их порой прямо на улице. Без всяких фотосессий и кастингов. И что они никогда нигде не учились, прежде чем появились в его картинах. – Анна покачала головой. – А память у тебя хорошая?

– Не жалуюсь, – улыбнулась Джессика.

– Ну, вот и хорошо. Заучивай хорошенько текст и во всем слушайся Нельсона. Это и есть главный рецепт успеха. А теперь закрой глаза и сиди тихо.

Джессика почувствовала, как руки Анны запорхали вокруг ее лица. Это продолжалось очень долго.

– Можешь открыть глаза, – наконец прозвучал голос Анны.

Джессика взглянула в зеркало. В нем теперь отражалась другая женщина – гордая красавица с высокими скулами, невероятной глубины серебристо-серыми глазами и яркими губами.

– Это я? – только и смогла прошептать пораженная Джессика.

– Нет, это царица Зенобия Пальмирская, – торжественно произнесла Анна. Она отступила назад и удовлетворенно кивнула. – Да, царица!

В уборную вошла женщина-костюмер. В руках она держала длинное полупрозрачное огненно-красное одеяние.

– Это каласирис, – объяснила она. – В нем Зенобия появляется, когда она счастлива. Когда она влюблена. – Костюмерша накинула на Джессику одеяние, повязала под грудью мягкий пояс, отделанный золотом, а потом достала из шкатулки и повесила на шею Джессики тяжелое ожерелье, украшенное рубинами и жемчугами, а в уши продела золотые серьги с подвесками. На ноги Джессики надели сандалии из мягкой кожи, отделанной золотыми бляшками. После этого костюмер попросила Джессику встать.