Молли внимательно посмотрела на нее:

— Что-то ты какая-то бледная. У тебя все в порядке? Хорошо себя чувствуешь?

— Так…

— Поцапалась с любимым, — догадалась Молли. Даже отставила в сторону чашку с торчащим из нее ярлычком…

— Нет, — мотнула головой Робин, — Кортни.

— А что с ней такое? — прищурилась Молли.

— Ведет себя как агрессивная и высокомерная гадина.

— Это бывает, — понимающе вздохнула Молли, — но ты не должна обращать на это ни малейшего внимания.

Робин вытаращила глаза:

— Как это — не обращать?

— А вот так. Очень просто. Понимаешь, — пустилась в объяснения Молли, — если человек собой ничего не представляет, то, как правило, он стремится выместить раздражение на окружающих.

— Не представляет?

— Ну разумеется! Кто такая Кортни без своего босса? Приложение. К его деятельности, к его успехам, к его авторитету. Просто она слишком высоко задрала нос. Общайся с ней по работе, но все ее высокомерные намеки пропускай мимо ушей.

— Это бывает нелегко. — Робин печально улыбнулась.

— Годы тренировок — и у тебя все получится! — Молли ободряюще улыбнулась приятельнице.

Робин почувствовала, как у нее внезапно похолодело под ложечкой. Годы?.. Какие, к черту, годы?! Она ведь не может провести на этой работе такое количество времени. Посвятить остаток жизни заказам канцелярских товаров, питьевой воды и обработке миллионов факсовых и электронных сообщений?..

Это как-то не внушало оптимизма. И ни разу не вдохновляло. Хотя прежде Робин никогда не рассматривала свою работу в подобном ключе.

— Ты что-то совсем не ешь, — посочувствовала Молли, глядя на растекающийся по фольге майонез.

Робин пожала плечами.

— Кусок в горло не лезет.

— Это непорядок, — нахмурилась Молли.

— А хочешь, забирай их себе? Давай, с чаем! — внезапно осенило Робин. — Вряд ли я до окончания ланча смогу с ними расправиться.