– Вась! – раздался вопль Нади.

– Ну чего? – недовольно обернулся он, не спеша отпускать Алину руку.

– Помоги спуститься, мы место красивое нашли!

– Я устрою? – неожиданно ответил вместо Васьки Антон и направился к Наде.

– Спасибо… – Аля наконец-то подняла глаза.

– Продюсера надо беречь, – усмехнулся Васька. Но это не разрушило очарования – он и дальше пошел рядом, страхуя ее во всех опасных местах.

Антон щелкал фотоаппаратом, ожесточенно споря с Лилей, а в основном с Надей по поводу чуть ли не каждого кадра. Василиса шла сзади, видимо, следила, чтобы никто не отстал.

Несмотря на двойной слой свитеров, Аля потихоньку начала замерзать, и даже сквозь Васькину перчатку перестало чувствоваться тепло. Однообразные обледенелые склоны уже нагоняли тоску, все сильнее хотелось есть и, как ни странно, спать.

– Привал! – словно угадав ее мысли, объявила Василиса.

Они расположились у покосившейся бетонной плиты, кое-как смахнув с нее снег с песком, и зашуршали пакетами, доставая припасы.

– А у меня вино есть, мне мама дала, – вдруг сказал Васька, доставая фляжку.

Аля привычно испугалась за их бестолкового режиссера, который вечно лепит что-то невпопад. Сейчас Василиса заклеймит позором и Ваську, и его вино. Однако ничего подобного не произошло, преподавательница просто кивнула:

– Очень хорошо, надо согреться. Давайте стаканчики.

– Я вино не пью, – быстро сказала Аля.

– А что пьешь? – заинтересовался Васька.

Девчонки захихикали.

– Ничего не пью, – с досадой ответила она.

– Даже шампанское на Новый год?

– Никто тебя пить не заставляет, – вмешалась Василиса. – Аля, это просто глоток, чтобы не заболеть.

– Не буду, – уперлась она.

– Ну смотри, сейчас мы все выпьем, – попытался убедить ее Антон, сделав глоток из крышечки от своего термоса.