Джудит снова вспомнила Анри Бирара и разозлилась.

— Я уже видела закат! Раньше он был красивее. — Джудит попыталась вырваться. — Прошу вас, месье! — взмолилась она, но хватка Клода только окрепла. — Я хочу уйти…

— Вы очень сексапильны, Джуди. Нельзя так заманивать мужчин.

Она со страхом отметила, что голос Шарнье стал хриплым и приглушенным, и задохнулась от негодования. Совсем как Бернар! Винит в собственной слабости кого угодно, только не себя, любимого! «С этим ничего нельзя было поделать, Джудит. Она настоящая маленькая ведьма. Любой мужчина попался бы в ловушку. Я ничего не имел в виду… Честное слово. Минутная слабость, дорогая. Это не повторится. Вот увидишь». Но Джудит не захотела увидеть.

— Не соизволите ли вы отпустить мою руку? — прошипела девушка.

— Всего один поцелуй, крошка. Вечер — время любви, запомни… а ты здесь одна. Это нечестно. Я не могу, чтобы ты ушла даже без…

— Нет! Прошу вас, месье…

Теперь Джудит испытывала скорее отвращение, нежели страх. Ведь каждую минуту на веранде может кто-нибудь появиться. Но Шарнье, похоже, это не беспокоило. По-видимому, взволновать его могло только появление жены, а она была в «Гритти-палас» — на безопасном расстоянии.

К собственному изумлению, Джудит поняла, что с нетерпением ждет Анри Бирара. Конечно, этот француз не рыцарь на белом коне. Может, он даже хуже, чем омерзительный подкаблучник Клод Шарнье, но, по крайней мере, спас бы Джудит от домогательств.

— Боже, Джудит, как ты прекрасна! Какой у тебя чувственный рот… — Внезапно Клод резко притянул ее к себе и, невзирая на возмущенные протесты, впился в губы девушки.

Джудит попыталась бороться, но Шарнье был сильнее. В отчаянии она попыталась пнуть его ногой. Мокрые губы и запах алкоголя вызывали тошноту. Джудит решила изменить тактику. Надо притвориться, что она больше не сопротивляется, и, как только Шарнье ослабит хватку, ударить его в пах и убежать. Утром он будет вымаливать прощение, боясь, что Джудит пожалуется жене.