Где-то глубоко в душе Брук мечтала о том, чтобы изгнать этого мужчину из своего сердца, сделать так, как поступил он. Пусть он хочет ее, желает ее — он ее не любит. Но, хвала небесам, в данный момент это никого не волновало. В данный момент Брук хотелось просто прижаться к мускулистому телу Айана, вновь почувствовать его крепкие объятия, жадные губы.

Айан остановился перед ней, и свет ламп подчеркнул смуглость его кожи, контрастирующую с белизной рубашки. Женщина изучала его широкую грудь и стройное тело, и кровь закипала в ее венах.

Она поднялась медленно, не уверенная, что ноги смогут выдержать вес тела. Но все сомнения отпали, когда она услышала сдавленный глухой стон, исходящий из груди Айана. Он вел такую же отчаянную борьбу с самим собой.

И когда Вестморленд подался вперед, стало ясно, что эту битву он проиграл и теперь подходит время искушения. Они оба были захвачены страстью. И когда их губы слились, Брук окончательно потеряла голову.

Айан целовал со всей страстностью, на которую был способен. Он так этого хотел! Ему это было просто необходимо. Четыре года не утолили назойливого голода. Брук все еще была частью его жизни, и, возможно, это будет первым шагом к тому, чтобы навсегда вычеркнуть ее. Но чем глубже проникали их языки, чем быстрее они переплетались, тем сложнее было вернуть себе ясность мысли. И когда Айан прижал к себе тело своей бывшей возлюбленной, позволяя ее рукам свободно гулять по его спине, он захотел большего. Он захотел уложить Брук на кушетку, сбросить с себя одежду, стянуть с нее купальник и овладеть ею.

И она снова будет принадлежать ему…

При мысли об этом Вестморленд резко откинул голову. Они никогда не вернут прошлое. Не все можно забыть, тем более разбитое сердце. Он любил. Любил горячо. И хотела Брук того или нет, но она разрушила это чувство.