— Не, Колян, ты слышал? Не нравится им, что мы пришли! Да и пошли вы на х… лахудры городские. У нас свои девки — во! И не ломаются. Директору она пожалуется! Да я этого директора… — Колян уводил Ваську дальше по улице, а тот во весь голос рассказывал, что бы он хотел сделать с директором.

— Боже мой, какой ужас, — сказала Шурочка. — Элька, ты молодец, что их послала. Я так испугалась, до сих пор дрожу.

— И я, — пискнула Леночка. — Я думала — все, изнасилуют и никто на помощь не придет.

— Эти?! И не мечтай, — фыркнула Эльвира, и девчонки зашлись звонким хохотом: перенервничали, нужна была разрядка.

Все четыре подруги были совершенно разными, но удивительно точно дополняли друг друга. Решительная и волевая Элька, безалаберная и веселая Шурочка, пухленькая кокетка Ира и смешливая робкая Леночка, попавшие в одну группу волею судеб, а в одну комнату — волею какого-то клерка из деканата, замечательно уживались и ладили друг с другом. Шурочка смотрела на подруг: невысокая смуглая Эльвира хохотала, запрокинув темноволосую голову, толстушка Ира приседала от смеха, хлопая себя по полным ляжкам и тряся светлыми кудряшками, Леночка беззвучно вздрагивала от смеха, и кончик русой косы, перекинутой на грудь, мелко вздрагивал в такт.

— Вы чего тут делаете в такое время? — подошел откуда-то куратор их группы. Этого бесцветного мужичка со смежной кафедры девчонки раньше не встречали. В поездке он держался тихо и незаметно, ничем не афишируя ни свой статус, ни свое присутствие. Во время инцидента девчонки о нем со страху вспомнили. А его, выходит, и не было в зале!

— Э-э-э, Сергей Анатольевич, — начала было Шурочка…

— Анатолий Сергеевич, — поправил тот.