Это вовсе не означало, что она приняла Падди за потенциального убийцу. Не в этом дело. Но лично для нее он особо опасен на каком-то глубинном уровне.

Что это? Его сила? Да, эта его непробиваемая целеустремленность унижала ее. Чего стоит одно его презрительное к ней отношение.

Пожалуй, вот где собака зарыта. Сила, вернее властность, — вот то слово. От этого человека так и исходит сила. Во всем его облике, в движениях, жестах дает себя знать скрытая в нем сила; это человек, привыкший властвовать.

Элизабет Малколм тоже любила власть. Брайди приложила немало сил, чтобы не позволить этой властной силе погубить ее жизнь, чтобы не стать такой же неприкаянной и нелюбимой, как ее мать.

Брайди доела остатки сандвича, запила его яблочным соком и пошла к машине. Покопавшись в рюкзаке, она достала шарфик и накрутила его на голову наподобие чалмы, чтобы спрятать под ним волосы. Потом достала из бардачка темные очки и красную губную помаду. Надев очки и накрасив губы, она взглянула на себя в зеркальце и удовлетворительно усмехнулась. Она ни капли не походила на ту женщину, что покупала мороженое под проливным дождем.

Свернув с площадки для пикников, она повела машину обратно в Гринвуд. На этот раз у нее в голове созрел четкий план.

Она проехала через весь город, высматривая темно-синий «лендровер». Подъехав к бензоколонке, она попросила налить полный бак, сказав как бы между делом, что ищет Падди Корнби.

— Не подскажете часом, как его найти?

— Чего проще, — ответил заправщик. — Как доедете до развилки, поверните налево, на Уитни-стрит. Его дом в километре от развилки. Большой одноэтажный дом над бухтой, крытый кедровым гонтом. Дивное местечко. Проверить масло, мисс?