Так этот красавец, чей золотистый загар поблескивал испариной после корчевки упрямых пней, человек, который мог сам позировать для обложек книг о Роджерсе, и есть автор всех этих романов? Джордан стал прообразом героя? Нет, Роджерс оказался Джорданом! Эта парочка была одним и тем же человеком?

Старик-садовник хихикал, пока хозяин и гостья оторопело смотрели друг на друга.

— Похоже, она удивила тебя не меньше, чем ты ее, мальчик мой, — насмешливо пробормотал он.

Сжав губы, Джордан бросил презрительный взгляд на визитершу.

— Я-то предполагал, что Д. Уинтерс — мужчина, — признался он, не скрывая разочарования, что его редактор оказался женщиной.

— Думаю, вы оба пришли к ошибочным заключениям относительно друг друга. — Мэтью откровенно потешался над возникшей ситуацией.

Хозяин раздраженно посмотрел на него.

— Ступай, попроси Эрику поставить чайник, и мы все попьем чаю.

— Конечно, сэр. — Старик пригладил седые волосы. — Сию секунду, сэр. — Кивнув, он повернулся и направился в ту сторону, где, очевидно, находилась кухня.

Раздражение Джордана разрядилось усмешкой.

— Пожалуй, Мэтью стал слишком фамильярен, — пробормотал он.

Слишком фамильярен? Ей такое и в голову не могло прийти. Чувствовалось, что эти два человека любят и уважают друг друга, не скрывая, что между ними существует глубокая взаимная привязанность.

— Благодарю вас, я с удовольствием выпью чего-нибудь горячего, — непринужденно сменила Дороти тему разговора: она провела в дороге несколько часов, и чашка чая была бы очень кстати.

Хмуро глянув на нее, Джордан нагнулся, поднял голубую джинсовую рубашку и надел ее. Она плотно обтянула его широкие плечи.

У Дороти невольно вырвался тихий вздох.