Подъехав к Моллу, Марк с удивлением насчитал восемнадцать машин на центральной парковке и пару на стоянке для персонала. Черт! Во сколько же встали все эти люди? Он вошел в центр и остановился, потрясенный. Внутренний двор Молла напоминал бивуак первых переселенцев или лагерь бойскаутов. Вокруг нового, сверкающего девственной чистотой и стерильностью RV на раскладных стульях, полотенцах, одеялах и подушках живописно расположились девятнадцать человек. Не хватало только костра с котелком.

Марк опустился прямо на белую плитку пола, обхватил руками колени и огляделся. Слева от него на дешевом раскладном стульчике сидела пожилая женщина. Она сосредоточенно вязала, и звяканье ее спиц было отчетливо слышно в тишине. Прямо позади нее на покрывале спал лысый морщинистый старик. Его голова откинулась, рот приоткрылся, он громко похрапывал. На обоих были забавные вязаные шапочки, похожие на детские, с большими нитяными помпонами. Не прекращая вязать, женщина коротко взглянула на Марка и произнесла:

— Ну, здравствуй, сынок. Меня зовут Милли Парсонс. Полагаю, ты тоже рассчитываешь выиграть этот автодом?

Марк молча кивнул, а она протянула узловатую руку и с улыбкой похлопала его по плечу:

— Удачи, милый, мы с Лестером тоже примем участие. Нам хочется на зиму уехать во Флориду. Мы не намерены никому уступать.

Марк постарался улыбнуться в ответ:

— Я тоже!

Милли отдернула руку, улыбка сползла с ее лица. Она опять уткнулась в вязание. «Клик-клак», — позвякивали спицы. Петля за петлей из розовой шерсти, по одной на каждого, кто попытается обойти ее и Лестера.

Вдруг за спиной Марка женский голос произнес такое витиеватое ругательство, что он с удивлением обернулся.