И когда день стал клониться к вечеру, Вероника почувствовала внутри себя протест.

Она взяла сумочку и взглянула на себя в зеркало, повернувшись перед ним так, что многослойная легкая шифоновая юбка взвилась и закрутилась вокруг ее длинных бедер, затем поправила лямочку на черном топе, который чуть-чуть приоткрыл изысканное французское кружево бюстгальтера без бретелек, — и все это было куплено в состоянии сумасшествия, в котором она пребывала вчера.

Потом, в последнюю минуту, Вероника все же набросила легкую шаль на свои обнаженные плечи — на случай, если ее покинет мужество.

Девушка перешла улицу и направилась прямо в бар. Объект ее мечтаний сидел на своем обычном месте, облокотившись одной рукой на стол и вытянув перед собой обтянутые джинсами ноги. Лицо его было обращено к залу. Вероника уверенно выбрала маленький столик, расположенный по диагонали от него, и села на стул, спиной к противоположной стене.

Незнакомец сделал глоток пива и, нахмурившись, уставился в газету. Он явно игнорировал появление Вероники, тогда, как все остальные посетители повернули к ней головы. Такая высокая женщина, как она, всегда привлекает хоть один взгляд.

Она быстро скользнула взглядом по его руке — обручального кольца нет. Ей стало немного легче, и она изящно скрестила ноги. Так учила ее Карен. К ней подошла официантка. Вероника хотела заказать пиво, но вдруг засомневалась в том, что пиво поможет ей создать задуманный привлекательный образ. Мужчина, однако, совсем не обращал на нее внимания: по-прежнему нахмурившись, он внимательно читал газету.

— Пожалуйста, принесите мне вишневый коктейль, — попросила она официантку на ломаном французском языке.

Прохладный бокал был поставлен перед ней буквально через несколько минут, и официантка что-то быстро и дружелюбно сказала по-французски. Вероника подняла руку, ладонью вперед, со страдальческой улыбкой.