– Наверное, вы правы, мисс Роллинг, но ведь этому не так просто научиться… – протянула Линда.

– Проще чем ты думаешь! – уверенно сказала Беатрис. – Нужно лишь очень сильно себя полюбить. Ладно, тебе нужно работать, а я еще должна успеть к доктору Моррану. Завтра обсудим твоих поставщиков. Пока!

Беатрис напоследок еще раз осветила холл салона своей улыбкой и выпорхнула за дверь. Линда задумчиво посмотрела ей вслед. Загадок в мисс Роллинг хватало с избытком, со многим Линда могла спокойно смириться: и с выделением обязательного выходного, и с упорным стремлением выглядеть не деловой леди, а ветреной красоткой, но страсти Беатрис к гороскопам Линда не понимала.

Каждую неделю мисс Роллинг приводила свои планы в соответствие с персональным гороскопом, который для нее разрабатывал астролог доктор Морран. Линда искренне считала его шарлатаном, но спорить с Беатрис не решалась. В конце концов, они живут в свободной стране, и, если мисс Роллинг так хочется приводить всю свою жизнь в соответствие с туманными пророчествами лжедоктора, запретить ей это никто не может.

Линда неодобрительно покачала головой, убедившись, что хозяйка ее не увидит, и вернулась к работе. У нее выходной еще не скоро.

А что, если и правда махнуть на все рукой и посвятить день себе? Пусть сестра сама разбирается со своими оболтусами, а мама переживет один семейный обед без моего обязательного присутствия, заодно сберегу себе нервы.

Она тихонечко вздохнула, понимая, что никогда не сможет жить так беззаботно, как Беатрис. Для этого нужно было родиться Беатрис Роллинг – белокурой бабочкой с ослепительно-яркими крыльями.

Сама же Беатрис и представить не могла, что ее слова так сильно повлияют на Линду! Ей просто вдруг захотелось поддержать девушку, помочь ей вырваться из порочного круга, куда та сама себя загнала. Всегда внимательная и аккуратная сотрудница нравилась ей, но иногда Беатрис становилось жаль Линду. Три года проработать на одном и том же месте, ни разу не попросить повышения зарплаты, смиренно выносить каждый выходной сопливых племянников и матушкины нравоучения. Беатрис взвыла бы от такой жизни!