Мередит пошла через внутреннюю часть дома, стараясь не попасться на глаза гостям. Она схватила толстую дубленку, в которой, по словам сестры, была похожа на жирного эскимоса, надела теплые ботинки и вышла на улицу.

Какой превосходный вечер! Холодный воздух был потрясающе чистым, а небо – усеяно тысячами сверкающих звезд. Она взглянула на беседку, освещенную крошечными белыми огоньками, и увидела Джоша. Он стоял в полном одиночестве, положив руки в карманы.

Мередит занервничала. С этим делом нужно покончить, и как можно быстрее, подумала она. Скажу ему, что Кэрли не сможет прийти и сразу же уйду. Лучше не разговаривать с ним. Я не обязана с ним объясняться.

– Мередит? – Джош улыбнулся и подошел к ней. Какой сюрприз!

– Кэрли не сможет прийти, – произнесла Мередит, остановившись возле входа в беседку.

– Вот как?

– Ее тошнит. Сильно, – она запнулась: Джошу необязательно знать, почему ее сестра плохо себя чувствует. – Она чем-то отравилась.

– О, – ответил Джош, – надеюсь, в этом виновата не крабовая подливка. Я тоже ее ел.

– Нет, – возразила Мередит.

Она так и не сдвинулась с места.

– Мы, – продолжил разговор Джош, – давно не виделись.

– Ага, – ответила она.

Мередит руководила целой корпорацией, но сейчас вела себя так, будто она всего лишь школьница, которая не умеет поддержать разговор.

Джош улыбнулся и произнес:

– Как ты, Принцесса?

В его голосе прозвучало нечто, заставившее Мередит затрепетать. Обычно она злилась, когда с ней фамильярничали. Вряд ли кто-то другой рискнул бы назвать ее Принцессой. Правда, никто и не называл ее «милой», «дорогой», «деткой». Эти обращения просто не подходили для такой деловой женщины, как Мередит.

– Хорошо, – ответила она, нервно поглаживая воротник куртки. – Как поживаешь?

– Замечательно, – сказал он. – Просто превосходно. А ты?

Это была настоящая катастрофа. Мередит совершенно не умела вести разговоры о пустяках. Если это не было связано с делами, она вновь становилась такой же нелепой, как в детстве.