— А где они? — Проследив за взмахом его руки, Рут сориентировалась и ответила: — Да, только немного в стороне, в тени кустарника.

Солидный автомобиль он вел прекрасно, хотя узкая дорога петляла.

Рут не проронила ни слова, пока не увидела свою машину за густыми зарослями напротив плантации.

— Вон там, — указана она.

— Вижу, — ответил молодой человек.

Он подъехал к машине и остановился позади нее.

Девушка вышла из джипа и, припадая на ногу, подошла к своей старенькой японской колымаге.

Многозначительно переведя взгляд с одного средства передвижения на другое, она улыбнулась. В улыбке сквозила нескрываемая ирония. Единственное, что было в них общего, не считая руля и колес, это густая пыль на капотах.

За то время, что Рут провела в доме незнакомца, солнце проделало изрядный путь, тень от кустарников ушла, и в салоне ее машины стояла нестерпимая духота. В очередной раз, мысленно помянув недобрым словом Питера, девушка распахнула дверцу и опустила боковые стекла.

— Теперь будет прохладнее, — произнесла она и широко улыбнулась. — Ну что ж, давайте прощаться. Спасибо вам за все…

— Это я должен благодарить вас за то, что вы не возбудили против меня дело. — В холодных глазах мелькнула веселая искра. — В качестве компенсации за причиненный ущерб я могу предоставить вам свободный доступ на мой участок побережья в любое время дня и ночи.

— Вы так щедры! Весьма признательна! — Фразы получились какими-то выспренними и натянутыми, да и собственный голос показался ей чужим.

Спеша ретироваться, Рут кивнула и села за руль. Вряд ли я воспользуюсь этим предложением, подумала она. Оно продиктовано жалостью, а это бесполезное и унизительное чувство. Только гордость и вера в собственные силы позволили мне пережить случившееся.

Резким поворотом ключа девушка завела двигатель, но тот, поработав секунду-другую, чихнул и заглох. Стиснув зубы, она вновь попробовала включить зажигание. На этот раз мотор заработал. Вежливо улыбнувшись, Рут помахала незнакомцу рукой.