Выждав пять минут, я гавкнула с притворной застенчивостью. Не помогло. Тогда я легла и принялась рассматривать газету. Она была перетянута ярко-голубой резинкой. Интересно. Я лишь слегка прикусила ее, но в наши дни уже нет таких прочных резинок, как прежде, и она лопнула. Газета развернулась.

И вот тогда-то я увидела его.

Прямо над заголовком. Три фотографии. На одной был аппетитный кусок пирога, на второй — какой-то парень, посылающий мяч в баскетбольную корзину, а на третьей — улыбающийся Рик.

Мой Рик.

Что, хотела бы я знать, его морда делает в газете?

Это был один из тех случаев, когда я пожалела, что не умею читать, но Изабелл узнает все новости из компьютера, а экран слишком далеко от пола. Никто не подумал, что пользователем может быть собака. Я сильнее натянула поводок. Что, если в газете спрятана еще одна фотография Рика? Придя в возбуждение от этой мысли, я принялась ожесточенно скрести бумагу лапами.

Вы должны понять меня. Увидев Рика в этот момент, я решила, что это судьба. Недавно он снился мне. Мы были на пляже, жарили сосиски в тесте. Он кидал палку, я бежала в другую сторону, он гнался за мной, я убегала — приятные, достойные любой собаки сны, навеянные мечтами о свежем воздухе и вкусной еде.

С тех пор как четыре года назад он покинул меня и Изабелл, мне приходится удовлетворяться мечтами. Я скучаю по Рику. Некоторые парни, которые приходили к Изабелл, не вызывали у меня возражений, но были такие, которые не любили собак. Конечно, они не говорили об этом, но я знала. Собака всегда чувствует.

Как бы там ни было, в последнее время я начала подумывать, что Изабелл и Рику пора воссоединиться. Я устала быть жертвой разрыва. Мне нужна семья.