Желающие нашлись, хотя в очередь встали не все присутствующие. В основном это были женщины, желавшие задать Вайолет еще несколько вопросов, но — снова благодаря сотруднице магазина — очередь не стояла на месте. К тому времени, когда Вайолет подписала последнюю книгу и снова явственно ощутила в воздухе запах так милой сердцу жимолости и роз, которые она посадит перед домиком, она чувствовала себя не менее опустошенной, чем когда закончила свою книгу.
Когда Вайолет уже надевала колпачок на ручку и мечтала о том, как она заползет в свою квартирку, переоденется в старые джинсы и рубашку и поставит свой любимый фильм «Касабланка», перед ней на стол положили еще один экземпляр книги. Подняв голову, Вайолет встретилась с мужским взглядом голубых, почти прозрачных глаз. Глаз, в которых плескалась… ярость?
— Э-э, извините, — сумела выдавить из себя Вайолет. — Я вас не заметила.
Наверное, это был не совсем удачный ответ, поскольку такого мужчину не заметить невозможно. Похоже, незнакомец считал так же, так как его глаза снова сузились. Он ничего не сказал, просто подтолкнул к ней свою книгу.
Вайолет сумела отвести от него взгляд и перевести его на книгу. Впрочем, ее внимание тут же привлекла лежащая поверх книги рука. Большой палец этой красивой формы и, несомненно, сильной мужской руки покоился на изображенном на обложке дамском красном белье, лежащем между бокалом с шампанским и туфлями с каблуками-шпильками. На среднем пальце левой руки блестело элегантное витое золотое кольцо с ониксом, которое — не обязательно, конечно! — но, возможно, могло быть обручальным. Мужчина не убирал руку, поэтому Вайолет была вынуждена снова поднять голову. Чувствуя исходившую от него явную неприязнь, она смутилась еще больше.
Неужели они где-то встречались и она сделала что-то, что вызвало такие чувства? Но как она могла с ним встретиться, когда, судя по тому, как держался мужчина и как был одет, они вращались в совершенно разных кругах? Даже если они и встречались, а она этого не помнит, то такие глаза, как у него, забыть невозможно…