Алекс вышел из машины и остановился, глядя на красивый старинный дом, каменный фасад которого наполовину скрывали раскидистые ветви цветущих деревьев.

— Любуешься недавним приобретением? — Неосторожные слова сорвались с языка прежде, чем она сумела сдержаться.

Алекс на мгновение остановил на ней ледяной взгляд, но все, что он сказал, было:

— Красивый дом.

— И является частью имущества фирмы с тех пор, как отец вынужден был перезаложить его. Он живет здесь с самого детства, и мама здесь жила, до того как… — Лори не договорила. В этом доме и сама она жила с самого рождения, здесь прошло ее безоблачное детство, рано закончившееся после смерти матери, — Послушай, Алекс, — продолжила она, — что бы ты ни думал о нас с отцом, умоляю, не выгоняй его отсюда. Он так любит этот дом. Это… это убьет его.

Губы ее задрожали, и она подняла на него глаза, в которых заблестели непрошеные слезы. Но Алекс лишь насмешливо изогнул одну бровь.

— Взываешь к моим лучшим чувствам, Лорина? А тебе должно быть известно, что у меня таковых не имеется.

Странно улыбаясь, он повернулся, поднялся по ступеням и вошел в просторную прихожую. Слева из комнаты доносился гул голосов. При их появлении трое мужчин, стоявших у мраморного камина, обернулись в их сторону.

— А, Лори, — с облегчением произнес ее отец и, улыбаясь, двинулся к ним навстречу — Синьор Барези. — Он протянул руку Алексу, и Лори не могла не восхититься его самообладанием. — Вы, конечно, знакомы с моей дочерью. Позвольте представить вам Фрэнка Симпсона, юриста компании, и Джеймса Форсита, нашего главного бухгалтера.

Алекс удостоил их обоих одним кивком.

— Смерть вашего отца глубоко потрясла всех нас, — продолжал мистер Пэджет. — Прекрасный был человек.