— Но… Станет ли он мириться с этим?

— Думаю, да. Барези подл и циничен, но горд, не думаю, что он способен унизиться до того, чтобы взять женщину силой, даже если речь идет о его собственной строптивой жене.

— Надеюсь, что это так, — с расстановкой произнесла Лори, стараясь отогнать прочь жуткие картины, представшие в ее сознании после его слов.

— Такие, как он, буквально помешаны на семье, династии и прочей ерунде. Уверен, он мечтает, чтобы как можно скорее вылупился целый выводок маленьких барезят. И если ты его этим не снабдишь, само собой… И, таким образом, наша с тобой свадьба лишь откладывается на некоторое время, а ты сбережешь себя для меня.

Он победоносно осклабился, и Лори попыталась улыбнуться в ответ. И все же… Внутри нее копошился червячок сомнения. Реакция Алекса непредсказуема, сумеет ли она противостоять ему, когда он узнает об этих немаловажных деталях их супружеской жизни? И потом, Джеймс, это же я! — хотелось ей крикнуть во весь голос. — Ты рассуждаешь о моем теле так, словно речь идет о пустячной ставке в карточной игре.

Лори в растерянности смотрела на него. Это был новый Джеймс, таким она его прежде не знала. Да, он всегда был спокойным, уравновешенным, дотошно вникал в суть любой проблемы и четко планировал свои дела. Но сейчас он был столь бесцеремонно-прямолинеен, что будто это не он, а кто-то другой.

— Так что все в твоих руках, милая. Сможешь устоять — а это не будет слишком сложно, принимая во внимание чувства, которые ты питаешь к этой скотине — я полагаю, он будет более, чем счастлив выставить тебя за дверь.

— Да, и останется при этом владельцем «Пэджета».

— Если я хоть немного разбираюсь в людях, он возненавидит само имя «Пэджет» не меньше, чем тебя!

Намеренно навлечь на себя ненависть Алекса Барези? Лори имела случай убедиться на практике в том, что это такое. От одной лишь мысли об этом в горле у нее пересохло.