Она закрыла калитку, чтобы больше никто не становился в очередь, и вывесила табличку: «Санта-Клаус кормит своих северных оленей. Скоро придет». Это объявление ее Деды Морозы всегда вывешивали на время перерывов в работе. Потом она вернулась к гигантскому креслу и встала рядом. На коленях у Зака сидел очередной ребенок, а его мама пятилась назад с фотоаппаратом.

Наконец очередь иссякла. Брэнди подождала, пока последний ребенок отошел достаточно далеко, чтобы не услышать их, и повернулась к Заку:

— Что вы здесь делаете?

— Мне кажется, это ясно — яснее некуда.

— Вам было сказано, что мы позвоним, как только подготовим для вас расписание!

— И когда же именно это должно было произойти, миссис Огилви? Вам, я думаю, не составило бы труда найти причину, чтобы вовсе не звонить мне. Поэтому, увидев, что сегодня днем дежурный Санта не назначен, я решил выйти на работу.

— Вы что, не понимаете? Мы несем ответственность перед покупателями, мистер Форрест! Вы не можете так просто прийти и начать работать, безо всякого обучения.

— Да чему тут учиться? Ваш директор по кадрам дал мне список всех ваших правил. Запомнить их несложно. Вот, послушайте: не обещать детям в подарок никаких определенных игрушек, если родители не подали вам знака, что они согласны. Вместо этого сказать: «Посмотрим». Не реагировать на просьбу подарить маленького братика или сестричку. Просто сделать вид, что не слышишь. Не пользоваться сильно пахнущим одеколоном и туалетной водой после бритья. Не давать конфет без разрешения родителей. Каждый день перед началом работы обойти отдел Страна игрушек, чтобы ознакомиться с ассортиментом. Помогать детям взобраться к тебе на колени, но не поднимать их самому — так меньше вероятность напугать малышей... — Он помолчал. — Да и покалеченных Санта-Клаусов будет, несомненно, меньше, если они не станут перенапрягать спины, целый день поднимая с полу ребятишек.

— Это предложение могло бы исходить от юридического отдела корпорации, — холодно сказала Брэнди. — Но я не понимаю, при чем тут...