— Знаете, — промолвил Джонни, протягивая руку, чтобы удержать Эммелин, — мне следовало понять, что я не люблю Фелисити, еще в прошлом году, до того как было объявлено о помолвке. Но мы вместе выросли. Наши семьи были связаны еще до нашего появления на свет. Ее мать приглашала нас на каждое Рождество. Маленькая Фил выбила себе несколько молочных зубов, когда я уговорил ее вместе прыгнуть с вышки в бассейн. Она до сих пор боится воды.

Эммелин моргнула.

— Никто не сомневался, что мы поженимся. И я в том числе. У меня не возникало никаких возражений до того момента, когда я увидел список гостей, подарков и подробное расписание нашего свадебного путешествия. — Джонни потер лицо и поднял на Эммелин глаза. — Внезапно у меня в голове все прояснилось. Мы были маленькими детьми, игравшими в песочнице. Мы хорошие друзья, но мы не предназначены друг для друга. Это не наша вина. — Желваки на его скулах двигались, когда он невидящим взглядом смотрел в окно. Эммелин почувствовала жалость к этому сильному мужчине. — Я должен отменить свадьбу, пока не поздно. Нельзя обрекать Фелисити на брак без любви. Пусть я не люблю ее, но она мой друг и достойна уважения. Лучше мы разойдемся сейчас, чем развод со скандалом, когда наши жизни будут сломаны.

Эммелин откашлялась.

— Ну, в общем, это верно. — Она, соглашаясь, кивнула, хотя и не понимала, как ему удастся избежать одного брака, немедленно заключив другой. Особенно с ней. Она не обольщалась на свой счет. Девушка из совершенно другого круга, не то что Фелисити. Поправляя очки и исподтишка поглядывая на красивое лицо Джонни, она внезапно осознала, что дать согласие ее подталкивает не его внешность. — Но почему именно я?