Что со мной случилось? – спрашивала себя Саманта. Она считала себя независимой волевой женщиной, но сейчас чувствовала, что ее воля подавлена настолько, что приходится со страхом и трепетом ожидать каждого его следующего движения.

– Это… – Она прочистила горло и начала снова: – Это вы модернизировали замок?

– Мой дед начал эту работу, отец продолжил ее, а я завершил.

– Уверена, что вы сохранили в рабочем состоянии подземные темницы и камеры для пыток.

Может быть, именно так и следовало говорить с этим человеком. Он, безусловно, не привык слышать такое от здешних женщин.

– Конечно.

– Удивительно, что вы не заперли там свою племянницу и не держали ее на хлебе и воде.

– Если бы я знал, что вытворят она и ваш братец, то упрятал бы там обоих.

Она снова взглянула ему в лицо. На нем не было и намека на юмор – оно казалось абсолютно серьезным.

– Но я уже говорила вам, – начала она, – Роджер…

– Ваш брат для меня не имеет значения, он мне никто! – резко произнес Рауль. – Но Лолита – невинная девочка, слишком юная для своего возраста. Правда, своевольная как ее мать.

Внезапно его голос потерял резкость, и жесткие черты лица смягчились нежной улыбкой. Но, поймав взгляд Саманты, он снова стал прежним. Неожиданная нежность исчезла как сон. Его губы сжались.

– Да, я любил Изабель. Мы были очень молоды и неофициально обручились. Потом вернулся из-за границы мой старший брат, она влюбилась в него, расторгла нашу помолвку, и через месяц они поженились.

Невеста расторгла больше чем помолвку, внезапно подумала Саманта, заметив грусть в его глазах. Она разбила сердце жениха. Ей стало больно за этого сильного человека, который был сейчас рядом с ней. А Рауль, скрывая свою невольную слабость, засунул руки в карманы и прислонился к стволу акации.

– И что с ними произошло? – спросила она. Он пожал плечами.

– Они погибли на моторном катере в результате несчастного случая.