— Можно заложить мой дом, — предложила Дейзи. Небольшой двухэтажный особняк достался ей в наследство от деда.

— Не дадут ни копейки, когда узнают, какую зарплату ты здесь получаешь, — покачал головой Билл. — Да и я не позволю тебе влезть в долги.

— Парк ведь и мое наследство, — упрямо заявила девушка. Дядя часто повторял, что Дейзи заменила ему и Нэнси дочь, поскольку своих детей у них не было.

Дейзи вспомнила вчерашние слова Анны. Может быть, ей не стоило извещать семью о происшествии поздно вечером коротким сообщением, оставленным на автоответчике. Тем более что потом она отключила телефон, чтобы не выслушивать соболезнований. На сей раз ей придется проглотить гордость и попросить помощи, ведь речь идет о столь дорогом ей музее аттракционов.

— Давай обратимся к моей семье. Отец, Бен, Эд и Мики не откажутся помочь — это ведь и их наследство.

— Нет. У Мики молодая семья, Эд и Бен выплачивают кредиты за свои дома, а твой отец выходит на пенсию. Его инвестиции в таком же бедственном положении, как и мои.

Дейзи подумала, что семья всегда относилась к музею как к капризу Билла.

— У нас нет выхода, кроме как искать партнера на стороне, — мрачно подвел итог дядя.

— Кто же захочет вкладывать деньги в паровые двигатели старых аттракционов в период рецессии?

— Цены на паровые двигатели ползут вверх, извини за сравнение. — Билл кивнул в сторону портрета Стивенсона Рокета, изобретателя паровой машины, на стене кабинета. — Инвесторам выгоднее вкладывать средства в реальные проекты, чем в акции.

— Инвесторы предъявляют свои условия, — покачала головой Дейзи. — Они стремятся получать большие прибыли — вряд ли они согласятся просто сохранять историческое наследие. Сначала нас заставят повысить входную плату, потом открыть магазин. А что, если им придет в голову выйти из игры? Где мы возьмем денег, чтобы выкупить их долю?