— Дело прошлое. — Эрик зачерпнул ложкой похлебку. — Это случилось больше года назад… Так, значит, это твой первый опыт работы журналисткой? — поспешил он сменить тему.

— Не совсем. Я много раз писала статьи, но никогда не брала интервью…

— Статьи о чем?

— О разных вещах. Как правило, это были рекламные статьи. Я описывала путешествия — для путешественников, косметику — для женщин, лекарства — для больных… И много чего другого, но ничего серьезного… — усмехнулась Мик.

Конечно, она могла бы сделать вид, что ее карьера сложилась куда более удачно. Но ей не хотелось лгать. Мик почему-то чувствовала, что лгать Эрику — все равно что лгать самой себе. А от себя, как говорится, не убежишь…

— Значит, ты хочешь чего-то серьезного? — поинтересовался Эрик и, не дождавшись ответа Мик, спросил: — Например, работать в «Откровениях»?

— Вообще-то я пишу рассказы. Но работа в этом журнале лучшее, что у меня может быть, — ответила Мик.

Эрика удивил ее ответ.

— Лучшее, что может быть? Но ты ведь не журналист, а писатель. Так почему же — лучшее?

— Мой труд не очень-то востребован, — уклончиво ответила Мик. — Боюсь, на этом поприще мне ничего не светит. Ты верно подметил, я не практична… А для того, чтобы пробиться, нужен характер. Я не умею искать нужных людей, не умею пробиваться… К тому же не так уж я и талантлива, — усмехнулась Мик.

Ей не хотелось говорить всего этого Эрику. Не хотелось жаловаться на жизнь. Она знает его так недолго, а уже рассказывает ему о том, какая она неудачница… Но, взглянув на Эрика, Мик поняла, что он слушает ее с сочувствием. Могла ли она ожидать этого после их ссоры на побережье?

— Так, значит, ты не хочешь работать в «Откровениях»? — неожиданно спросил Эрик.

— Разве я так сказала? — удивилась Мик и тут же поняла, что ее слова косвенно говорили об этом. — Ладно, давай оставим эту тему…