– Вы, конечно, можете не верить мне, но факт есть факт. Конни сама мне позвонила.

Он резко поднялся на ноги и стремительно пересек гостиную, замерев у окна.

– Господи, что за игру она затеяла, – донеслось до Дани невнятное бормотание. – Чего она хочет добиться! Столько лет прошло!

Дани заключила, что все эти вопросы адресованы не ей, и решила промолчать. В конце концов, ей тоже неизвестны причины, побудившие Конни начать работу над своим жизнеописанием. Действительно, странно. Столько лет хранить молчание и вдруг принять решение обнародовать свои секреты...

Оливер резко повернулся к ней. Ее напугало странное выражение его лица...

– Скажи мне в точности, что именно сказала тебе моя мать?

Дани нахмурилась.

– Что сказала... Сказала, что пора положить конец сплетням...

Оливер помрачнел еще больше.

– И что вместо этого?

– Правду, я думаю, – с неохотой произнесла Дани.

Понятно, что это вовсе не то, чего хотел бы ее собеседник.

Он решительно сжал губы.

– Посмотрим, как у вас это получится, – угрожающе произнес он. Несколькими стремительными шагами он пересек гостиную и уже от двери обернулся к Дани. – Я бы на твоем месте не строил далеко идущих планов насчет этой книги, Дани.

И с треском захлопнул за собой дверь.

Все!

Дани глубоко вздохнула и без сил опустилась в кресло. Ураган пронесся мимо, оставив за собой первобытную тишину. И несется теперь, набирая яростную силу, к дому Конни Ковердейл. Мир этому дому...

3

– Прошу тебя, деточка, прости Оливера, – тепло улыбнулась Конни. – Он вечно надо мной трясется.

Шесть дней спустя они пили кофе в уютной гостиной загородного особняка Конни Ковердейл.

Дани усомнилась. В этой ситуации Оливер явно защищает не мать, а тайну своего рождения. Но, значит, он рассказал матери о своем нашествии на обиталище Дани...