— Значительно лучше, спасибо! — Она вымучила улыбку. — А завтра мне станет совсем хорошо и можно будет выписываться.

— Медсестра сказала, что все ваши близкие родственники живут в Австралии. — Генри словно и не расслышал ее последнюю фразу. — Выходит, за вами некому ухаживать. Это печально.

Хилари промолчала, лихорадочно сопоставляя факты и детали своего пребывания в палате. Теперь ей стало понятно, почему медсестра болтала с ней днем битый час, задавая по ходу разговора странные вопросы. Из вежливости Хилари отвечала, хотя и чувствовала подвох. После ухода назойливой медсестры у нее остался в душе неприятный осадок. И сейчас Хилари тоже стало не по себе, но она не подала виду и равнодушно пожала плечами.

— Зачем мне няньки? Я взрослая девочка.

— Взрослая девочка, довольная уже тем, что осталась в живых, попав под автомобиль, — вздохнул Генри. — Итак, все ваши родные живут в Австралии, а сами вы приехали в Лондон совсем недавно. Должен отметить, что новичку этот город может показаться весьма негостеприимным. Легко заскучать.

Значит, сердце не обмануло меня, медсестра шпионила на Генри Трента!

Что же до чопорного Лондона, где легко впасть в тоску от одиночества, то это обстоятельство Хилари не пугало. На протяжении минувших полутора лет, показавшихся ей адом, случались периоды, когда она с радостью отгородилась бы от мира стеной. Вот почему ответ ее и прозвучал вполне естественно:

— Я не боюсь жить одна, мне это не в тягость.

— Вы заблуждаетесь, не обманывайте себя! — спокойно и холодно заметил Генри, не сводя с нее проницательных черных глаз.

Она попыталась собраться с мыслями и придать голосу решительность.

— Я очень признательна вам, мистер Трент, за все, что вы сделали для меня, но…