– Осторожно, – он услужливо подхватил ее. Довольно фамильярно заключив Энджи в объятия, Итан склонился к ее лицу, причем с явным умыслом. Что именно он намеревался сделать, Энджи едва ли могла объяснить, и все же...

– Позвольте, – пробормотала она, пытаясь высвободиться из его объятий.

– Разумеется, – заверил он, крепче сжимая руки.

Она уперлась кулачками в его обнаженную грудь, тщетно стараясь сделать вид, что не замечает его упругих мускулов и исходящего от него тепла.

– Я не хотела, – проговорила она, снова пытаясь высвободиться.

Но он продолжал обнимать ее как ни в чем ни бывало и даже привлек немного поближе.

– Ведь вы же сами забрались в мою постель, – заметил он. – Я всего лишь пытаюсь подтолкнуть дело к логической развязке. Разве вы этого не хотите? Вы ведь говорили, что влюблены в меня. И, знаете ли, когда приходится так много путешествовать, иногда становится очень одиноко...

Она перестала вырываться и возмущенно взглянула на него.

– Нечего делать выводы! Я вовсе не влюблена в вас, и мне дела нет до вашего одиночества.

– Но вы же сами сказали, что...

– Я солгала, ясно? Что, удивлены? Вы сами не поверили мне, когда я это сказала.

Он наклонил голову ниже и тихо сказал:

– Думаю, я все-таки вам верю. Вы не похожи на лгунью.

– И я вовсе не забиралась в вашу постель! – выпалила Энджи.

Приподняв брови, он, видимо, ждал объяснений.

Учитывая, при каких обстоятельствах они встретились, Энджи решила, что все же должна объясниться.

– Я забралась на кровать. Это большая разница.

– Для меня – никакой. – Он обнял ее покрепче и склонил голову немного набок, словно и правда собирался поцеловать ее. – Вы точно не хотите, чтобы я связал вас? – проговорил он без тени насмешки.

Сердце ее забилось быстрее, горячая кровь заструилась по жилам, и это было совсем некстати. Его дыхание обжигало ей лицо, сильные руки сжимали ее талию, словно так и должно быть. Он небрежно, словно случайно, провел ладонью по ее ягодицам, но опять же, это ведь могло быть и не случайно. А она стояла, спокойно разрешая ему все это проделывать и размышляя, хорошо ли это – позволять вольности незнакомому мужчине.