Господи, что же он должен о ней думать?

Ради Бога, Итан Зорн – преступник, одернула себя Энджи. А она беспокоится о том, что он может подумать об ее моральных принципах! Тем не менее ей была весьма неприятна мысль, что, скорее всего, он принял ее за пустоголовую, сексуально изголодавшуюся журналистку-дилетантку. Во всяком случае, сейчас она ощущала себя именно так.

– Никакая я не дилетантка, – заключила она вслух, резко садясь в постели. – Я серьезная журналистка, которая вот-вот распутает клубок преступных связей.

Если, конечно, Итан Зорн не нанесет удар первым.

Энджи беспомощно застонала. И не из-за того, что случилось вчера вечером. А потому, что ей было так хорошо.

Все это чертова комета, утешала она себя. Конечно, это все Боб! В другое время она бы и не взглянула на Итана Зорна.

К несчастью, в памяти у нее еще чересчур свежи пережитые накануне ощущения. Она вспомнила его сильные руки, когда он держал ее в объятиях, нежное прикосновение губ и как ее сердце неровно забилось в груди и по жилам заструилась горячая кровь...

Вновь из ее груди вырвался стон... Как же так? Почему с этим коварным человеком ей было хорошо?

Просто не думай об этом, приказала она себе. И тут же возразила: ну, конечно! Целовалась с негодяем, обнимала мафиози, у которого руки в крови, а теперь хочешь забыть? Правильно! Так держать! Молодец!

Выскочив из постели, она наскоро приняла душ и оделась на работу, облачившись в бежевые брюки и розовую блузку без рукавов. Немного подумав, прихватила светлый блейзер, на случай, если похолодает. Сентябрь в Южной Индиане так непостоянен. А здесь, у реки, и вовсе не знаешь, каких сюрпризов ждать от погоды.

Заглянув на кухню, она вытряхнула из пачки печенье. Держа в зубах половинку, закрыла входную дверь, повернулась и так и остолбенела.

У дверей лифта стоял Итан Зорн.