— Уверен, что да. — Он больше ничего не сказал, пока они не оказались в машине. — Как умер твой папа?

— Он был пожарным. На него и другого пожарного обрушилась крыша горящего здания. Они не смогли выйти. — Томми решила быть краткой. Хотя в детстве ей не хватало отца, незачем было делиться этими чувствами с клиентом. А никем другим Пит Шофилд никогда ей не будет. Она заговорила о деле: — В следующем доме тоже хорошая кухня. И кабинет. Но всего три спальни.

— Мне нужно не меньше четырех спален. Нет чего-нибудь получше?

— Есть, но я не могу его показать раньше следующего понедельника. Строитель должен кое-что привести в порядок. Хочет во всем добиться совершенства. На прошлой неделе разрешил риэлторам заняться этим домом, но сказал, что мы сможем его показывать не раньше понедельника. Это на редкость чудесный дом. Совершенно новый, с четырьмя спальнями, каждая с отдельной ванной, еще одна ванная — внизу, с кабинетом, уютной небольшой комнатой, большой гостиной и столовой и футуристической кухней.

— Звучит идеально.

— Должна тебя предупредить: он довольно дорого стоит. — Она назвала цену. — Конечно, можно предложить меньше, и владелец, может, согласится.

— Решим после того, как осмотрю дом.

— Хорошо. Отвезти тебя обратно к маме или куда-нибудь еще? — Томми чувствовала и сожаление, и облегчение.

— Сначала пойдем на ланч. Хотелось бы с тобой кое о чем поговорить.

Помолчав, Томми сказала:

— По-моему, ничем не могу тебе помочь, кроме как найти дом.

— Я объясню. Ничего страшного, обещаю.

Они сели за столик в ресторане поблизости, заказали блюда, и он сказал:

— Я хочу показать этот район моему персоналу с мужьями и женами, пусть поймут, что в проживании здесь есть кое-какие плюсы. Думаю начать агитацию в понедельник вечером, во время игры «Техасских рейнджеров». Сниму для такого случая номер люкс.

— Отличная мысль.