Конечно, моих знаний совершенно недостаточно для того, чтобы написать хорошую и дельную статью, но я надеюсь на помощь местных жителей и… на свою судьбу, которая до сих пор слишком часто поворачивалась ко мне не самой благообразной своей стороной.

Что касается самих вампиров из Бервик-виллидж, то я их совершенно не боюсь. Иной раз поступки живых пугают куда больше, чем выходки мертвых.

Кажется, мой высокочастотный сосед наконец притих. Мне бы тоже не мешало поспать — ведь всю ночь перед вылетом я обильно поливала слезами свою подушку…».

— Дорогая, а где Бобстер?

— А? — Поняв, что кто-то рассекретил ее убежище, Эмми испытала разочарование и досаду: дневник оказался увлекательнее любого романа. К тому же злоключения хозяйки дневника были удивительно схожи с тем, что сегодня пришлось пережить самой Эмми… Конечно, никакой мистер Стемплтон не отправлял ее за тридевять земель в логово злобных упырей, но зато она, подобно Джорджии Уаскотт, поплатилась за свою доверчивость и наивность.

Эмми прекрасно относилась к дяде Монти — брату своего отца, — но его появление на чердаке не очень-то ее обрадовало. Если дядю Монти прислала мама, то Эмми вряд ли удастся дочитать дневник.

— Где Бобстер, дорогая? — повторил вопрос дядя и, откинув крышку деревянного люка — на чердак можно было попасть только через большой квадратный проем, сделанный в потолке комнаты, находившейся под ним, — забрался в убежище Эмми.

— Бобстер со мной. — Эмми отогнула краешек голубой куртки, отороченной мехом, и показала дяде умилительно спящего под ней песика.

— А, вот он где, — улыбнулся дядя Монти. — Я так и знал, что ты уже вернулась из школы и утащила куда-нибудь этого бродягу.