- А как он оправдывался в ответ на ваши обвинения?

- Иногда просто признавался в содеянном. А почему бы и нет? Ведь у меня не было сколько-нибудь серьезных доказательств, да и супружеская измена в этом штате не считается основанием для развода.

К нам торжественно подплыла Роза с бутылкой вина и столовыми приборами, завернутыми в бумажные салфетки. Пока она суетилась около столика, мы с Никки хранили молчание.

- Зачем же вы продолжали жить с таким ловеласом? - спросила я, когда Роза опять отчалила.

- Думаю, из трусости, - ответила Никки. - Конечно, в конце концов я могла бы добиться развода, но при этом очень многим рисковала.

- Вы имеете в виду сына?

- Да, - сказала она, слегка вскинув подбородок, то ли по причине гордости за сына, то ли в качестве защитной реакции. - Его зовут Колин. Ему двенадцать, и он учится в школе-интернате в районе Монтерея.

- Ведь с вами жили и дети Лоренса, не правда ли?

- Да, это так. Мальчик и девочка, оба тоже учатся в школе.

- А где они сейчас?

- Понятия не имею. Его бывшая жена тоже живет в этом городе. Если вас это интересует, можете узнать у нее. Сама я о них ничего не слышала.

- Они не считают вас виновной в смерти отца?

Наклонившись вперед, она нарочито четко произнесла:

- Здесь никто не сомневается, что я преступница. И все считают: моя вина абсолютно доказана. А теперь еще Кон Долан подумывает, что, может, заодно я прикончила и Либби Гласс. Не потому ли и вы взялись за это расследование?

- Какое мне дело до размышлений Додана? Лично я не верю, что это ваших рук дело, поэтому и взялась за расследование. Кстати, вы вовремя напомнили. Нам надо уладить финансовый вопрос. Я беру тридцать баксов в час плюс стоимость бензина. И мне бы хотелось сейчас получить аванс. Со своей стороны, обязуюсь предоставлять вам подробные отчеты по ходу расследования с указанием того, сколько времени и чем именно я занималась.