Киви был в меру жизнерадостным и целеустремленным, и именно путем жизнерадостного и целеустремленного подсиживания большинства своих коллег добился потрясающей должности и приличного жалованья.
Киви был когда-то членом школьной футбольной команды, и с той поры сохранил способность поглощать фантастические количества пива: его желудок мгновенно раздувался до нужного объема, и зачастую полы рубашки расходились на пузе и вылезали из-под ремня, когда он в спешке появлялся перед подчиненными, чтобы осчастливить их очередной осенившей его идеей.
Его матушка в свое время решительно настояла, чтобы он бросил футбол и пиво и, уж конечно, оставил дурацкую затею стать инженером. Он устремился по проторенной дорожке, и в итоге стал тем, кем стал. А неосуществленная мечта сделала его несчастным. Во всяком случае, именно в этом, наверное, крылась причина наличия темных сторон в его натуре.
А уж темных сторон в его натуре было предостаточно, и с ними нельзя было не считаться, потому что они брали верх всякий раз, как у него возникала неприятность, с которой он был не в силах справиться. Киви носил очки с темными стеклами в помещении и очки с зеркальными стеклами на улице. Он задергивал занавески и выключал лампы в кабинете, устраивая собеседования в этаком полумраке. Нормальные люди (а я причисляю себя к таковым) чувствовали себя не в своей тарелке, когда им приходилось разговаривать с голосом ниоткуда, из полумрака.
Когда на Киви в очередной раз находил мрачный стих, он пробирался в кабинет к кому-нибудь, устраивал полумрак и поджидал подчиненного в состоянии, именуемом им самим "формой инкогнито". Именно в такой форме и застала его ваша покорная слуга, заглянув к себе в кабинет в конце того злополучного дня.