О, неверное сердце...

Из королевских покоев суматоха распространилась по всему дворцу. Вбежал лорд-камергер.

- Мадам, что делать?

Как колет в боку!

- Сассекс, я вам приказываю, расскажите мне о жене лорда Лестера.

Тревожно нахмуренное чело разгладилось, озабоченность сменилась величаво-грозным спокойствием.

- С вашего позволения, мадам, - осторожно ответил он. - О которой?

***

- Стража! Где моя стража? Немедленно пошлите арестовать лорда Лестера!

Ошалевший от ужаса капитан тупо вылупился на меня. Они все любят Робина, он человек действия, один из них.

- Э.., мадам, куда его отвести?

Я рассмеялась идиотским смехом:

- В Тауэр!

- Мадам, невозможно! Идет прилив, лучшие лодочники не доставят нас туда к ночи!

- Тогда завтра! А пока хорошенько стерегите его здесь.

Однако тот продолжал стоять, раззявя рот, и очнулся, только когда я завопила:

- Прочь, остолоп! Исполняйте приказ, если не хотите оказаться в Тауэре заодно с милордом!

Он развернулся, как ужаленный, и затрусил к дверям, следом загромыхали его дурни.

- Мадам, этого делать не следует!

Никогда я не видела Сассекса таким мрачным и растерянным.

- Тауэр - для изменников, мадам, для тех, кто повинен в государственной измене.

Я завыла в голос, как ведьма, как четвертуемый на колесе, которое раскручивает и раскручивает палач.

- Это и есть измена...

***

Итак, Робин отправился под строгий арест, а я - прямиком в ад. Неужто Бог решил меня покарать?

За что?

Я лихорадочно металась по комнате, бормотала, словно умопомешанная, и лихорадочно спрашивала себя: отчего мне так больно? Я не могу выйти за Робина - почему же ему нельзя жениться по собственному выбору?

Я не знала ответа, только чувствовала: мне этого не вынести...