- Дурак! - Миранда только что не шипела от презрения. - Я - леди и достойна самого лучшего.

Снова послышались шаги. Миранда направилась к туалетному столику. Эдисон надеялся, что ей ничего не понадобится в гардеробе.

Последовали негромкие звуки: брякнул о деревянную столешницу гребень, вынули и вернули на место пробку флакона. Затем зашуршали дорогие атласные юбки. Снова мягкие шаги.

Дверь комнаты еще раз отворилась, а когда она закрылась, Эдисон понял, что наконец-то они с Эммой остались одни.

- Думаю, мисс Грейсон, - произнес он, - после столь необыкновенно тесного общения нам с вами стоит познакомиться поближе. Предлагаю найти спокойное местечко, где мы могли бы поговорить без помех.

- Проклятие!.. - отозвалась Эмма.

- Полностью с вами согласен.

Глава 3

- Ублюдок!.. - Эмма все еще кипела от негодования, когда несколькими минутами позже они вошли в укрытый густой тенью сад. - Гадкий, мерзкий, презренный маленький ублюдок!

- Меня часто, и не без основания, обвиняли в том, что я ублюдок, нейтральным тоном заметил Эдисон. - Но немногие осмеливались заявить мне об этом в лицо.

Пораженная, Эмма остановилась у фигурно подстриженной живой изгороди.

- Я вовсе не...

- И никто, - не спеша продолжал он, - никогда не называл меня маленьким ублюдком.

Он прав. В его облике не было ничего мелкого. В дополнение к росту и внушительной мускулатуре в Стоуксе была та естественная мужская элегантность, которой должны были завидовать многие светские львы.

Смутившись, она сказала:

- Я говорила о Чилтоне Крэйне, а не о вас.

- Счастлив это слышать.

- Сегодня днем, узнав, что Крэйн в замке, я переговорила с миссис Гаттен, экономкой, - продолжала Эмма. - Я предупредила, чтобы ни под каким предлогом она не посылала молодых горничных в его комнаты. Я также настоятельно посоветовала, чтобы женская прислуга работала по возможности парами.