В своих застиранных голубых джинсах и белой рубашке с длинными рукавами, завязанной узлом на талии, и в старых, разношенных сандалиях Рокси почувствовала себя почти франтихой.

И все же - она с трудом сглотнула - он казался невероятно сексуальным, и от этого у нее замирало сердце.

Почувствовав ее недоумение, Кэм криво усмехнулся, полунасмешливо, полупечально.

- У меня еще не было времени побриться. Хорошо хоть успел принять душ, после того как малышка опрокинула на меня всю еду. Во время ленча тоже скучать не пришлось... - Он провел рукой по футболке. - Она была чистая, не думай, но потом Эмма дала понять, что ей не нравится пюре из тыквы. В этот уикенд я остался один, - объяснил он. Мэри захотела навестить родных. А Филомена вообще не приходит в субботу и воскресенье.

Филомена, догадалась Рокси, - это экономка. Раз она не бывает по выходным, наверно, она не относится к его брюнеткам!

- Ты считаешь, что с нашей племянницей много хлопот? - с надеждой спросила Рокси. Если он уже жалуется, видимо, будет не так трудно убедить его отдать ей девочку.

- Даже самые прекрасные матери считают, что иногда с малышами много хлопот, - сухо заметил он. - Пойдем, Рокси. Я покажу тебе твою комнату.

Ты сможешь увидеть Эмму позже. Сейчас она спит.

По-моему, не стоит ее будить.

Рокси прикусила язык, хотя ее так и подмывало возразить. Спящего ребенка не надо будить, он прав.

Закрыв дверь, Кэм несколько секунд изучал ее лицо. У нее перехватило дыхание, когда сильные теплые пальцы обхватили подбородок и приподняли ее голову.

- Ну.., определенно работа сделана хорошо. Тон слегка ядовитый. Без тени сочувствия. Кэм даже отошел назад, будто само прикосновение к ней было ему неприятно. - Не могу только понять, почему тебе вздумалось в такое время делать косметическую операцию? Ведь ты могла вернуться домой, поддержать отца, позаботиться о ребенке сестры. Откровенно говоря, это отвратительно.