С раннего детства самым близким человеком Шери была ее бабушка. Она практически заменила малютке мать, и теперь Шери часто вспоминала ее с дочерней нежностью.

Бабушка Марджи была воистину прекрасной женщиной, и семья всегда стояла для нее превыше всего. Гибель сына подкосила Маргарет Макдугал, но она сумела справиться с горем и все силы отдала воспитанию внучки. Шери едва ли не боготворила ее - ласковую, заботливую. Ни разу в жизни девочка не слышала, чтобы бабушка Марджи кричала или грозила наказанием. Лаской и уговорами она могла добиться понимания.

Однако некая тень омрачала жизнь Макдугалов. И имя этой тени было вражда. Проклятая вражда, продолжающая довлеть над ними все эти годы.

Единственный раз за всю жизнь Шери видела, как бабушка и дедушка ссорились. Слышала, как бабушка Марджи возмущенно восклицала:

- Так не может больше продолжаться! Это просто чудовищно! Вы ведете себя как дети, очень злые и порочные дети! Разница лишь в том, что ваша ссора куда опаснее. Бога ради, кто-то же должен положить этому конец!

Норман ответил, и голос его дрожал от гнева:

- Ты знаешь, Марджи, не я это начал. Так пускай он первым и прекратит! Скажи Малкому Лесли, чтобы перестал вредить мне, тогда я с радостью пожму ему руку. Но не раньше!

- Пожмешь руку Малкому? - горько засмеялась бабушка. - Что-то я не верю, чтобы ты способен на такое после стольких-то лет ненависти! Вы оба зашли слишком далеко...

Неожиданно она заметила Шери, замершую в дверях, и замолчала.

- Бабушка, - спросила Шери тем же вечером, уже лежа в кроватке. - А кто такой Малком Лесли?

- Человек, который не имеет к нам никакого отношения, - строго ответила бабушка. - Ни ко мне, ни к тебе. И даст Бог, так будет всегда. А теперь спи, малышка, и выброси это из головы.

Мудрый совет. Однако до чего же трудно ему последовать! Особенно если и теперь, через пять лет после смерти бабушки, ситуация не изменилась.