Там, в Лахоре, пять лет тому назад она вышла замуж за Менсура.

Лахор! До своего замужества она не знала даже названия этого города, который позволил поэту воскликнуть: "Исфаган и Шираз вместе не стоят и половины Лахора".

Этот старинный центр моголов, находящийся в самом сердце Пакистана, околдовал ее. Лорин сразу же ощутила чары ароматов и света его садов, фонтанов, его кишащих людьми улочек и дворцов из розового песчаника.

Наконец, именно в Лахоре она сделала это неожиданное и стремительное открытие своей подлинной натуры. Будучи до того момента погруженной исключительно в свою работу, она обнаружила вдруг в себе какую-то причудливую природу, которая стала ярче под воздействием прелести новизны.

Осторожный стук в дверь вернул ее к действительности. Лорин одним прыжком оказалась в ванной комнате, пока Менсур второпях натягивал одежду. Когда же, накинув на себя пеньюар, она вернулась, то увидела, что на низком инкрустированном перламутровом столике стоит поднос.

Она тотчас же уселась на подушку, поджала под себя ноги и выбрала сладости, которыми с наслаждением начала хрустеть.

Менсур засмеялся:

- А ты из породы обжор!

- Говори-говори. С тех пор, как ты здесь, не переставая ешь.

- Трудно вести себя иначе. Мы только и делаем, что переходим от одних приемов к другим.

- Это правда. У меня складывается впечатление, что я вернулась на пять лет назад. Ты вспоминаешь о тех днях, которые были перед нашей свадьбой?

Эта неделя, полная метаний и напряжения нервов, все еще была жива в ее памяти.

- О, когда я об этом думаю! Ни одна из моих подруг не выходила замуж с такой пышностью.

- А скромнее и не могло выйти. Ты была героиней праздника.

Будучи чувствительной к похвалам, Лорин оживилась.

- Помнишь?.. По всему дому были шелка и муслин. Никогда в жизни я не видела подобной роскоши.