"О, Кэйт, я скучаю по тебе..."

Кэйт оторвала трубку от уха:

- Не могу сказать тебе того же, Нил. "...Вернусь в город завтра утром. Мое дело наконец передано в жюри, и теперь уже ждать осталось недолго. Нервы моего клиента совершенно расстроены, но я уверен в успехе".

Держу пари, что так оно и есть. Извини, Нил, подумала она, но ты действуешь мне на нервы. С ним было приятно сходить в кино или поужинать от случая к случаю, но его бесконечные разговоры о гражданских и судебных повестках надоели ей до предела, а его слепая уверенность в том, что они что-то значат друг для друга, свела на нет ее дружеское расположение к нему. "Позвоню, когда приеду". "Привет, Кэйт, это Бетти из "Тайпсеттинг, Инк". Я знаю, что мы обещали тебе сделать пробные оттиски к пяти часам, но компьютер опять забарахлил. Сейчас над этим работаем".

Больше никаких сообщений не было. Кэйт опустила трубку.

Упираясь ногами в пол, она развернулась в кресле Фрэзера и оглядела его кабинет. Кэйт старалась запечатлеть в памяти каждую деталь, потому что не так уж много дизайнеров когда-либо переступало порог кабинета Фрэзера. Как она и ожидала, здесь были длинные столы и огромная картотека. Стеллаж с книгами достигал потолка. Каждое доступное пространство было завалено обложками, оттисками, набросками, теперь тут были и ее собственные работы. Это был знакомый творческий хаос, который она с готовностью принимала.

Она развернула кресло, чтобы взглянуть на большую карту, которую видела издали за спиной Фрэзера. Это была единственная стена в комнате, на которую можно было ее повесить: обширная, тщательно проработанная во всех деталях, вычерченная вручную, где цветные схемы показывали успешное распространение по миру книг "Талбот и Бич". Названия были перечислены на левом поле, сроки прохождения книг в производстве - в центре, даты выхода в свет - справа. Прочитав столбик названий, Кэйт нашла строчку: "Книга о теле". Автор Гунилла Гундерсон, редактор Элизабет Мэдден, дизайнер Джеффри Стюарт, художник Кэйт Эллиот".