Вообще-то, пока это только мои размышления. Еще не сказано последнее слово, но как раз в сей момент оно и готовится. Мною. Речь на момент пробуждения моего пока ещё мужа.

Я отодвинулась на самый край нашего двуспального супружеского ложа, а на другой его половине тяжелым похмельным сном спит мой муж Артем Решетняк.

Сегодня он пришел под утро и теперь храпит на весь дом, а я за всю ночь так и не смогла уснуть. Теперь вот лежу, веха за вехой перебираю свой семейный путь. На какой из них мы свернули с этого пути и заплутались в дебрях непонимания и сопутствующего ему ослиного упрямства? Какой-то совершенно идиотской гордости - никто не хотел первым начинать выяснение отношений. И каждый думал со злостью: "Может, ты не хочешь со мной жить? Ну, и не надо!"

Дождалась! На языке прямо крутится: а ведь мама меня предупреждала! Так поздно - или как говорят в анекдотах, - так рано, Артем ещё не возвращался. Но и моему терпению, кажется, пришел конец. Я сурово поджала губы и, наверное, в этот момент стала похожей на свою мать, потому что, увидя мое лицо таким, Артем обычно говорил:

- Понеслась душа в рай - вылитая Галина Аркадьевна!

Для меня его слова оскорбительны. Не потому, что я не люблю свою родительницу, а потому, что вовсе не жажду быть похожей на нее. Слишком много в моей мамочке воинственности и авторитарности. Тяжелой, властной руки. Наверное, у женщин - руководительниц производства - это профессиональное. Она всегда лучше других знала, что каждому человеку надо. И боролась за это даже вопреки желанию того, кого хотела своей борьбой осчастливить.

А единственная дочь, по её мнению, жила вовсе не так, как надо. Как для нее, для дочери, было бы лучше. Потому, что дурочка. Доверчивая. Наивная. Мать была бы согласна даже узнать, что у меня есть любовник, но то, что я с овечьей покорностью, как ей кажется, несу по жизни свой семейный крест, не пытаясь ничего изменить, говорило о многом... Прежде всего, о том, что я нуждалась в помощи опытного человека. А, значит, и должна была эту помощь получить.