Многие люди находят зимний пейзаж унылым, но Кеннету нравились приглушенные тона. Лес переливался всеми оттенками серого, а по небу плыли такого же цвета облака, словно причудливые живые существа. Скоро появятся первые признаки весны во всем их зеленом великолепии. Он постоял у ручья, наблюдая, как кристально чистая вода струится по скользким камням, увлекая за собой пожухлые листья и траву. Это его земля, его родной дом. Сколько здесь еще суждено ему пробыть? Месяц-два, не более.

Кеннет бросил в воду камешек и продолжил свой путь. Конечно, они с сестрой не будут голодать, но жизнь Бет загублена. Она хорошенькая и умная девочка с мягким и кротким характером, и если бы у нее было приличное приданое, то ее увечье не стало бы непреодолимым препятствием к браку. Теперь же бедность в сочетании с физическим недостатком обрекает ее на вечное одиночество.

Кеннет взобрался на вершину самого высокого холма и посмотрел вниз. Ветви голых берез, словно человеческие руки, тянулись к нему. Он поднял горсть сухой промерзшей земли. Из поколения в поколение его предки жили и умирали на этой земле. Однако из-за отталкивающего себялюбия его отца имение попадет в чужие руки. Кеннет не был в душе хлебопашцем, но он любил эту землю; любил так же сильно, как свою мать. Разжав пальцы, он с глухим стоном выбросил комок земли. Он был готов пожертвовать чем угодно, даже жизнью своей, лишь бы спасти Саттертон, но вряд ли небеса вообще принимают таких, как он, проведших столько дней на войне, среди пота, крови и смерти.

Холодный ветер трепал его волосы, когда он спускался с холма. Неужели нет никакой надежды раздобыть денег, чтобы выкупить хотя бы часть закладных? Тогда бы он смог продать участок земли, а оставшуюся сделать плодородной, и она бы приносила хороший доход.

Однако размеры необходимой суммы отпугивали людей: по крайней мере двадцать тысяч фунтов. Перед тем как вернуться домой, он обошел несколько банков и поговорил с банкирами. Они были любезны и отнеслись с почтением к его титулу, но было ясно, что никто из них не одолжит денег человеку, унаследовавшему одни только долги. Но тогда он еще даже не представлял всей серьезности создавшегося положения.