Они, правда, не нуждались в предлогах для угнетения ирландцев. Когда это случится, на помощь к ней никто не придет, и она не может никого винить в этом. Наверняка кое-кто из соседей воспользуется случаем, чтобы присвоить себе что-нибудь из наследства старого Бурка. То, что она женщина, - отличный предлог для них. Женщина и ребенок - прекрасная пожива для этих трусов. - Нет, они его не получат! - воскликнула она, когда Дейзи подала ей кубок с вином.

- Что такое, госпожа? Кто не получит и чего? - изумилась Дейзи.

- Чертовы дублинские англичане, Дейзи, и наши ирландские соседи, вот кто! Они не получат ни замка Бурка, ни его земель! Они принадлежат моему Патрику, и я сохраню их для него.

- Но что вы можете сделать, госпожа? Если бы мы были в Англии, вы могли бы обратиться к королеве, но Англия далеко, а Лондон еще дальше.

- Дейзи, я еду в Англию!

- Но вам нельзя, госпожа! Они снова бросят вас в лондонский Тауэр! Нельзя вам ехать! - Глаза Дейзи округлились в порыве искренней заботы о госпоже. Она служила Скай уже семь лет и безумно любила ее. И хорошо ее знала. Если Скай что-либо решила, остановить ее не мог никто.

- Я удалена от двора, Дейзи, но вовсе не из Англии, - рассудительным тоном произнесла Скай. - Я поеду в Линмут и оттуда пошлю жалобу королевскому секретарю, лорду Берли. Если Елизавета Тюдор захочет помочь мне, мне разрешат поездку в Лондон. Если нет, я все же попытаюсь послать ходатайство из Девона. Дейзи, я не могу сидеть здесь и ждать, пока придут англичане и отнимут наследство Патрика. Когда умер Саутвуд, я защитила его сына. И я защищу сына Найла. Он ничего не получит от О'Малли. Да, у меня есть титул, и я руковожу кланом, но все имущество принадлежит братьям и их наследникам. Если я не спасу замок Бурков и их земли для законного наследника, мой бедный Патрик окажется без титула и земель. Предки Бурков будут преследовать меня в преисподней, если я допущу это, Дейзи.