Это квадратное ложе покоилось на золоченом возвышении. Большой пуховый матрац покрывал полосатый золотисто-голубой шелк, лежали две чудесные большие подушки, плоские, вытканные розовой нитью. В комнате было несколько резных стульев, два медных столика - большой и маленький, бронзовые и медные лампы с рубиновыми стеклами.
Вернулась Зада в сопровождении нескольких евнухов, внесших багаж Скай и расставивших вещи в соответствии с указаниями Зады вдоль стен.
Затем евнухи, кроме одного, удалились, и Зада представила его:
- Это Минда, твой личный евнух, госпожа Муна. Ты видишь, подтверждаются мои слова о том, как господин Кедар ценит тебя, - самодовольно закончила Зада.
Скай отвесила ей легкую пощечину.
- Ты слишком вознеслась. Зада. Аллах благословил меня привлечь внимание господина Кедара, и, может быть, я сумею ублажить его. Но если Аллах пожелает иначе, я восприму свою долю столь же смиренно, как принимаю сейчас эту.
Евнух, светлокожий негр, слегка улыбнулся:
- Ты мудра, госпожа Муна. Даган сказал, что ты далеко пойдешь, и верно, он прав.
Скай взглянула ему в глаза. Этот человек был определенно предан Кедару. Да и Зада не изменит ему. Она оказалась в одиночестве. Что, если и Гамаль в последнюю минуту откажется помочь ей? Что, если Найл в конце концов вывел принцессу из себя и был казнен, пока она ехала в Феc? Как сможет она передать словечко Осману и, если это ей удастся, как он сможет помочь ей? Скай чувствовала себя усталой, грязной и вымотанной. Она не смогла сдержать слез, наполнивших ее глаза и устремившихся по щекам.