День стоял замечательный, погода была мягкая и теплая, дул легкий ветерок. Лазурное море кое-где пенилось белоснежными кружевами и искрилось на солнце. Джанет заметила, что Мамуд захватил корзину с белым хлебом, кругом сыра, фруктами и фляжкой вина, которую положил в углу лодки на корме. Она похвалила его за предусмотрительность. В ответ он улыбнулся, обнажив два ряда ровных белоснежных зубов.

Они приплыли в ее любимую бухточку, и Джанет приказала Мамуду опустить парус. Через некоторое время лодка мягко уткнулась носом в песок. Забрав корзинку, она спрыгнула на берег.

- Хотите поплавать, миледи?

- Да, а ты, Мамуд?

- Я тоже. Я очень люблю море.

Джанет показала ему на удаленную узкую полоску пляжа:

- Хорошо, иди туда.

- Но я должен следить, госпожа, чтобы вы не утонули.

- Не беспокойся за меня, я хорошо плаваю, мой добрый Мамуд. Ступай.

Он неохотно покинул ее. Оставшись одна, Джанет скинула простую крестьянскую юбку, легкий лиф и вошла в море. Вода была прохладной и приятно щекотала кожу. Джанет медленно поплыла вперед, отдавшись во власть легкого течения. Через некоторое время она повернула назад, выбралась на берег и упала на теплый песок. Распустив волосы, она выжала из них воду и заплела в косу. Обсохнув, Джанет вновь оделась.

Вдали в волнах то показывалась, то исчезала курчавая голова Мамуда, который действительно чувствовал себя в воде как рыба. Когда он вернулся к ней, она приказала ему сесть рядом. Затем Джанет расстелила на песке салфетку и разложила на ней припасы из корзины.

От солнца и сладкого вина Джанет разомлела и, сидя на песке, лениво разглядывала молодого негра, сидевшего перед ней. Джанет была общительной, любопытной девушкой, и если бы не недавняя помолвка с Руди и связанные с этим событием хлопоты, она, конечно, уже давно знала бы про Мамуда все. А так черный раб проводил гораздо больше времени с ее братом, и тот уж наверняка знал всю его подноготную. Вдруг она поняла, что больше не может сдерживать нахлынувшее на нее любопытство.