- Конечно! И ты любишь Гарри, разве не так? Да и как может быть иначе?!

Клер подумала о Гарри, представила себе его красивые голубые глаза, шотландскую юбку... Арва улыбнулась дочери.

- Есть еще кое-что. Подумай, Клер, что такое быть герцогиней. Каждое твое желание, каждый каприз выполняются еще до того, как ты сама поймешь, чего хочешь. Ты сможешь встречаться со всеми этими странными людьми, о которых читаешь. Разве они посмеют отклонить приглашение герцогини? Ты сможешь делать все, что захочешь, тогда, когда захочешь. - Улыбка сошла с ее лица. - В завещании твоего деда есть один пункт... Мы с отцом одобряем твое замужество. Если ты выйдешь замуж за Гарри, то получишь свою долю наследства. А если нет... - Она снова улыбнулась. - Я не угрожаю тебе, дорогая, делай, что сочтешь нужным, но ведь у тебя есть младшая сестра, о которой нельзя забывать...

С этими словами Арва вышла из комнаты дочери. Мать часто казалась Клер пустой, недалекой и невежественной женщиной. Но иногда она просто пугала ее.

Клер отложила книжку капитана Бейкера и разгладила руками складки на платье. О чем она думала? Ах да, Гарри, герцог Макаррен, божественное создание, и она действительно любит его. Мать права, как можно не любить Гарри?! В нем нет недостатков. Если бы женщина могла произвести на свет совершенного человека, это был бы именно Гарри.

Клер громко рассмеялась. Что за глупости! Она любит Гарри и, возможно, станет герцогиней. Она - самая счастливая и удачливая женщина в мире.

В следующее воскресенье Гарри пригласил Клер на прогулку по озеру. Он подплыл на лодке к красивому маленькому островку и помог Клер выйти на берег. Девушка опустилась на плед, который Гарри расстелил на траве, а Гарри уселся подле нее. На нем была старомодная полотняная рубаха с широкими рукавами. Она выглядела совершенно застиранной и пожелтевшей от времени. В расстегнутом вороте виднелись гладкая шея и грудь Гарри. Он был в старой зеленой шотландской юбке, не стеснявшей движений, и сидел, расставив ноги. В седло он вскакивал быстро и решительно - говорили, что одна юная леди упала в обморок, увидев, как молодой герцог садится на лошадь. Вот и сейчас он развалился на траве, юбка, стянутая на талии широким поясом, небрежно задралась. Поглядев на Клер, он вдруг сказал: