- Сеньора! - Лина замолотила кулаками в дверь ванной. - Мальчик уходит. Он хочет свои деньги.

Элейн вышла из-под душа, пылая негодованием. Он хочет денег! За что, спрашивается? За то, что поссал в ее бассейн?

Она набросила пушистый халат цвета терракоты и открыла дверь.

- Скажи ему, - произнесла она величественно, - чтобы ссать он шел куда подальше!

Лина недоумевающе уставилась на нее.

- Двадцать долларов, миссис Конти. Через три дня он придет для того же.

***

Росс Конти безмолвно выругался. В бога и в душу. Что с ним такое? Никак не может подать свои хреновые реплики. Восемь дублей, и все ни с места.

- Спокойнее, Росс, - невозмутимо сказал режиссер, снисходительно потрепав его по плечу.

Тоже мне режиссер! Двадцать три года от силы. Волосищи на спине болтаются, как у ведьмы на шабаше. А "ливайсы" такие тесные, что причиндалы торчат, как дерьмовая куча!

Росс стряхнул с плеча гнусную лапу.

- Я совершенно спокоен. Меня отвлекает толпа.

- Естественно, - проворковал Чип, кивая ассистенту. - Уйми их, Христа ради, они же - задний план, а не на пробе голосов.

Ассистент кивнул и отдал команду в мегафон.

- Готовы повторить? - спросил Чип. Росс кивнул, и режиссер повернулся к загорелой блондинке. - Повторяем, Шарон.

Извини, детка.

Росс закипел. Извини, детка! На самом деле этот прыщ рад бы провякать: "Извини, детка, но приходится ублажать старого пердуна, потому что прежде он в Голливуде был номер первый".

Шарон улыбнулась.

- Есть, Чип.

Вот-вот! Есть, Чип, ублажим старого хрена. Мама его обожала. Не пропустила ни одного его фильма. Так и смазывала трусики!

- Грим! - буркнул Росс и добавил саркастически:

- Если, конечно, никто не против.