Прежде чем все завершится, у них будет возможность осознать, что они окончательно уничтожены в глазах света. Им придется бежать из Лондона бежать не только от кредиторов, но и от общественного презрения. Они будут изгнаны из элитных клубов, им придется забыть не только о привилегиях своего класса, но и о какой бы то ни было перспективе поправить благосостояние путем выгодной женитьбы.

Вполне возможно, что под конец они начнут верить в привидения.

С тех пор как умерла Кэтрин, прошло пять лет. За это время три гнусных подонка, виновных в ее смерти, наверняка уверовали в свою безнаказанность, а может, и совсем забыли события той ночи, сочтя, что прошлое умерло вместе с загубленной ими молодой женщиной.

Конверты с вложенными в них брелками должны поколебать их уверенность.

"Я дам им несколько месяцев - пусть привыкну т ходить с оглядкой, - а потом, когда бдительность их слегка притупится, нанесу второй удар", - думал Артемис.

Он поднялся, подошел к маленькому столику и налил себе рюмку коньяку из хрустального графина, произнеся мысленный тост за упокой души Кэтрин.

- Уже скоро, - пообещал он невидимому призраку, который его преследовал. - Я подвел тебя при жизни, но не подведу после смерти. Ты долго ждала отмщения. Это единственное, что я еще могу для тебя сделать. Надеюсь, когда все кончится, мы оба станем свободны.

Артемис выпил коньяк и поставил рюмку на стол, прислушиваясь к себе. Но ничего не изменилось.

Внутри у него сегодня было так же пусто и холодно, как все последние пять лет. Он знал, что ему не дано испытать подлинное счастье, ибо это светлое чувство недоступно человеку его темперамента. Радость так же иллюзорна, как и любая другая сильная эмоция. Но Артемис надеялся, что, начав осуществлять свою месть, он испытает удовлетворение, а потом, может быть, обретет и некоторый покой.

Сейчас же на душе у него не было ничего, кроме жесткой решимости довести дело до конца.