У нее пересохло в горле. Он намеревался покинуть город и определенно дал понять, что Рейлин для него ничего не значит. Эшлин опустила плечи и удрученно смотрела себе под ноги. Встреча с Кордом была ее последней надеждой, и сейчас стало ясно, как смешна была она в своей наивности. Как она могла подумать, что Корд Уэй тот человек, который не повернется спиной к женщине, вынашивающей его ребенка?

- И что ты собиралась сказать мне? - спросил Корд дружелюбно.

А почему бы ему и не быть дружелюбным, подумала Эшлин с горечью. Он всегда делал именно то, что хотел. И ничто и никто не стоял у него на пути.

- До свиданья. - Она произнесла эти слова с холодной обреченностью. - Я пришла сюда, чтоб сказать вам "до свиданья".

Он ни о чем не спросил ее, он даже, казалось, не заметил, что, узнав о его предстоящем отъезде, она стала лгать ему.

- Я должен был уехать очень давно, - сказал Корд. - Сейчас я понял это. Не знаю, куда я еду и что буду делать. Но я должен уехать из Уэйзборо.

- Я много лет говорю это, - безжизненно сказала Эшлин.

Но из-за Корда Уэя ее отъезд будет опять отложен. Он мог бросить беременную Рейлин, но Эшлин знала, что сама она этого никогда не сможет сделать - не получится. Волнение охватило ее. Возможно даже, она никогда не уедет. Она умрет тут, и будет опущена в могилу на участке семьи Монро, и окажется рядом с теми, кто никогда об этом не узнает.

Она повернулась, не сказав ни слова, и пошла к берегу реки. Корд направился в бар "Прибрежный".

Он тоже не оглянулся.

Эшлин шла вдоль реки по тропинке, которая вела к Прибрежному переулку. Такое красивое имя носила уродливая улица со старыми обветшалыми зданиями, где были самые дешевые квартиры на Нижнем песчаном холме. Этот район пользовался дурной славой в Уэйзборо.

Она с трудом преодолела три пролета лестницы, ведущей к квартире, где жила ее семья. Дверь открылась прежде, чем она успела вытащить свой ключ. Ее хорошенькая двенадцатилетняя сестра Кендра прижимала к груди краснолицего, кричавшего младенца.